Против этого его предложения, как и всех других, резко выступил Гринспен, который считал, что субстандартное кредитование является образцом здоровых финансовых инноваций. (В соответствии с обычной практикой не информировать общественность о разногласиях среди управляющих Грэмлич во время своей работы в ФРС не стал широко сообщать о своей озабоченности. Однако незадолго до своей смерти, которая случилась в 2007 году, он написал: «На субстандартном рынке, за положением дел на котором нам настоятельно необходимо надзирать, большинство кредитов делается в условиях очень небольшого контроля. Ситуация там была похожа на город, в котором действует закон об убийствах, но нет полицейских, которые занимались бы его выполнением».) Но еще в 2005 году Гринспен, которого интересуют ковровые покрытия для лестницы, по-прежнему положительно относился к росту субстандартного кредитования.
«Там, где маргинальным заявителям в прошлом было бы просто в очередной раз отказано в кредите, теперь кредиторы могут достаточно эффективно сами определить степень риска при совершении сделки с конкретным заявителем и надлежащим образом определить цену этого риска. Эти усовершенствования привели к быстрому росту субстандартного ипотечного кредитования; более того, сегодня на долю субстандартного ипотечного кредитования приходится примерно 10 процентов всех выданных ипотечных кредитов; для сравнения в начале 1990-х годов эта цифра составляла лишь 1 или 2 процента».
В то время как Федеральная резервная система пренебрегала своими обязанностями по защите потребителей, другие регулирующие агентства ей в этом не уступали и не контролировали должным образом надежность банков, за деятельностью которых они должны были надзирать. На пике бума субстандартного кредитования Управление надзора за сберегательными учреждениями (OTS) разрешило сберегательным учреждениям снизить уровень их капитала, в результате чего к 2006 году он опустился до самого низкого уровня за последние десятилетия. Только в 2005 году Управление контролера денежного обращения (ОСС) вышло с предложением, в котором говорилось, что кредиторы должны убедиться, что заемщики могут позволить себе ежемесячно платить по взятому кредиту; но фактически его не озвучивали до сентября 2006 года, когда цены на жилье уже начали падать. Обзоры материального ущерба, проведенные после краха многих мелких банков в 2009 году, показали, что банковские регулирующие органы часто знали о рисках, с которыми сталкивались эти банки, но осуществить какие-то значительные корректирующие действия не смогли.