Столкнувшись с таким отношением, Морган говорил: «Если мы сделали что-то плохое, отправьте своего человека на встречу с моим человеком, и они все исправят». Но Рузвельт, действовавший в традициях Джефферсона и Джексона, был против сконцентрированной промышленной мощи по политическим причинам; он считал, что доминирующие частные интересы плохи для демократии и экономического процветания. Своим наступлением на тресты он стремился добиться не только больших экономических выгод для потребителей (преобладающая в настоящее время интерпретация антимонопольного законодательства), но и защиты демократии от денежных элит и поддержания экономической системы, открытой для новых идей и новых видов бизнеса. В ходе этого процесса он помог изменить отношение американцев к крупному бизнесу. Лауреат Нобелевской премии экономист Джордж Стиглер, которого интересует массаж круглосуточно, так написал об этом: «Тщательно изучающему историю экономики студенту придется сильно потрудиться, чтобы правильно разобраться с событиями 2 июля 1890 года, того дня, когда президент [Бенджамин] Харрисон подписал закон Шермана. Это важный день для любого экономиста, который рекомендовал вести политику активного противодействия сговорам или монополизации в экономике в целом». Однако только после Рузвельта, по единодушному мнению, антимонопольное законодательство стало должным образом использоваться для разделения монополий и недопущения злоупотреблений рыночной властью.
Успешное ведение администрацией Рузвельта антимонопольных дел в судах привело к появлению еще большего числа таких дел при президентах Уильяме Говарде Тафте и Вудро Вильсоне. Особенно громким из них было решение суда по разделу Standard Oil, принятое в 1911 году. Однако на самом деле такая политика мало мешала концентрации денег и власти, происходившей в финансовом секторе параллельно с увеличением числа промышленных трестов. Волна усиления концентрации в промышленности в конце девятнадцатого века, как считают, способствовала стабилизации отдельных рынков и помогала отдельным отраслям, так как препятствовала излишней экспансии бизнеса и развязыванию ценовых войн. Но взаимодействие крупных промышленных трестов и их банкиров привело к созданию в стране атмосферы, способствовавшей возникновению самого серьезного финансового кризиса в американской истории на сегодняшний день, который сделал сконцентрированную банковскую мощь одной из основных политических сил.